Богословский анализ Архиерейского собора МП РПЦ 2016 года

  ► Апологетика

Богословский анализ Архиерейского собора МП РПЦ 2016 года и других событий, связанных с Гаванской декларацией.

Богословский анализ Архиерейского собора МП РПЦ 2016 года и других событий, связанных с Гаванской декларацией и иными экуменическими деяниями

С ведома православных нижегородцев и руководства общественного объединения «Дивеевский Крестный ход» привожу этот, достаточно известный документ в православно-патриотических кругах. Ибо молчанием предаётся Бог!

ПОСТАНОВЛЕНИЯ

Освященного Архиерейского Собора Русской Православной Церкви

(2-3 февраля 2016 года)

1. Освященный Архиерейский Собор одобряет позицию Патриарха Московского и всея Руси Кирилла на Собрании Предстоятелей Поместных Православных Церквей в Шамбези 21-28 января 2016 года, а также делегаций Русской Православной Церкви в заседаниях Межправославной подготовительной комиссии, Специальной межправославной комиссии и Всеправославного предсоборного совещания, занимавшихся в межсоборный период подготовкой документов по темам повестки дня Святого и Великого Собора Православной Церкви.

2. Архиерейский Собор с удовлетворением отмечает, что в проекты документов Всеправославного Собора внесены необходимые изменения и дополнения согласно предложениям Русской Православной Церкви и других Поместных Православных Церквей.

3. Члены Архиерейского Собора свидетельствуют, что в своем нынешнем виде проекты документов Святого и Великого Собора не нарушают чистоту православной веры и не отступают от канонического предания Церкви….

Полностью ознакомиться наhttp://www.patriarchia.ru/db/text/4367700.html

Братия и сестры, так ли это на самом деле?

КРАТКИЙ БОГОСЛОВСКИЙ АНАЛИЗ.

Документ Всеправославного собора «Отношения Православной Церкви

с остальным христианским миром»

диакон Евгений Моргун

Краткий богословский анализ проекта документа Всеправославного Собора «Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром»

Начнём с рассмотрения самого названия документа. В названии «by default» (т.е. по умолчанию) пропагандируется идея того, что вне Церкви существует некий «остальной христианский мир», с которым у Церкви могут быть какие-то «отношения». Этим изначально вводится двусмысленность и размытость в определение понятий «Церковь», «христианский мир», «христиане». Самим названием документ ставит Православную Церковь частью (!!!) некоего «христианского мира», который якобы содержит в себе Православную Церковь. Иными словами, в «христианском мире» якобы есть Православная Церковь, и есть «остальное».

В чём сама суть данной подмены понятий? Термин «Православная Церковь» – это определение, освященное святоотеческой традицией, однако понятие «христианский мир» – взято из другой традиции, традиции общества, оторванного от Церкви, секуляризованного, так называемого «светского» общества, для которого понятие «христианство» является научно-культурологическим, а не вероисповедным. Здесь мы намеренно используем понятие «вероисповедание» вместо понятия «религия».

Для культуролога «религия» или «религии» – это предмет изучения и научного анализа, и в этих научных рамках существует некий «христианский мир», представляющий собой совокупность разрозненных сообществ людей, так или иначе выражающих свою веру в того, кого они считают Христом. Нюанс тут такой, что совсем необязательно тот, в кого они верят, будет настоящим Христом, это даже и не предмет науки. Для современной «светской» науки некий «христианский мир» действительно существует в качестве предмета анализа. Но с позиции Церкви, Той Церкви, Которая действительно является Единой, Святой, Соборной и Апостольской, это современное понятие некоего «христианского мира» совершенно лишено смыслового наполнения, оно вне святоотеческого контекста, а потому и бессмысленно.

Таким образом, в названии этого документа допущена явная смысловая ошибка: церковное понятие соотносится с научным понятием светского общества, они из разных систем координат. И эта ошибка во всевозможных оттенках серого повторяется по всему документу, так что дальше названия этот документ можно и не анализировать. Самим названием нам агрессивно навязывают чуждую церковной традиции терминологию, и, оставаясь на святоотеческих позициях, мы не можем и не должны приниматься за подробный анализ представленных словесных конструкций – просто потому, что это бессмысленно и даже вредно.

Навязанная терминология так прочно входит в обиход, что порой и невозможно отделить какой-либо смысл в чреде натяжек и недомолвок, попеременном использовании то святоотеческих терминов, то заимствованных из научно-религиозно-культурологического мира.

Как мы смогли бы проанализировать, например, статью под названием «Отношение человека к остальному животному миру». Да, с точки зрения науки, человек – это животное. Но, например, если мы возьмём за основу Библию, а не теорию эволюции, то такое сравнение по меньшей мере оскорбительно, человек прямо назван «образом и подобием Божиим» (Быт, 1, 26).

Само использование слова «остальной» исподволь проводит мысль, что человек – тоже животное, это по умолчанию подразумевается и не подлежит обсуждению, как вопрос, уже решённый заранее. И имеет ли смысл дальше названия анализировать такую гипотетическую статью? Внедряясь в смысл подобной статьи, мы косвенно дадим право на существование идеям, которые по своей сути являются явной и наглой ложью, оскорбительной для истины.

Конечно, это не совсем полная аналогия, но даёт иллюстрацию, имеющую отношение и к рассматриваемому документу. Понятие об «остальном христианском мире», якобы существующем помимо Православной Церкви, жёстко закреплено в названии документа по умолчанию, как будто бы это заранее решено и обсуждению не подлежит. Однако этот некий «остальной христианский мир» церковным самосознанием во все века именуется еретиками и раскольниками, отпавшими от единства Церкви, но сейчас данные понятия якобы «устарели» и стали «неполиткорректными» и «нетолерантными».

Разного рода модернисты именно и опасны тем, что пользуются терминами церковными, а наполняют термины по сути языческим смыслом, чуждым церковному самосознанию. Это и приведет к тому, что прельстятся избранные (Мр. 13, 22). Так, наукообразный «гуманизм», в рамках которого и существует в числе прочих «религий» и некий «христианский мир», декларирует пресловутые «права человека», которые в рамках церковного самосознания получают оценку в качестве права на грех, так как в их основе нет заповедей Святого Евангелия.

Так незаметно происходит подмена Бога человеком, и не просто человеком, но «человеком греха, сыном погибели» (2Фес. 2, 3). Церковная Христоцентричность на уровне терминологии подменяется эгоцентричностью, что напрямую нас подводит к мировоззрению, венцом осуществления которого станет воцарение антихриста, человекобога.

Апостасия, отступление своей жизнью от Богочеловека Иисуса Христа, состоит не только в декларируемом, откровенном отречении от Бога – наподобие явных атеистов, но и большей степени в неявной подмене понятий, определений. Такая деятельность преследует конкретную цель: вытеснить все истинное богооткровенное знание и подменить его лжеименным человеческим мудрованием.

В этой подмене вся суть модернизма, стремящегося закрепить вполне языческие и антихристианские значения слов, которые по звучанию, и только лишь по звучанию, остаются якобы «христианскими». Именно так и разрушается христианское мировоззрение в самих его основах. Все это в итоге и приведет к отрицанию Богочеловека Христа, а за это Бог попустит воцарение человекобога – антихриста.

Ложь, по своей сути, – это отсутствие истины, тьма, а не оттенки цвета. У нас четыре книги Евангелия, и это проявление оттенков смысла, так как человек не может полно охватить Истину Христову, для выражения которой мало и «всех пишемых книг» (Ин. 21, 25). Но диавольская ложь – всегда одна и та же: «Правда ли то, что сказал Бог?..» (см. Быт 3, 1), то есть, якобы и вне Бога есть некая деятельность, обманул вас Бог, термины, освященные традицией Церкви недостаточны, нужно их подправить… Не отвергнув такой диавольский навет в самом начале, легко увязнуть в той же трясине, в какой увязли Адам и Ева, ослушавшись Бога.

Итак, именно по причине подмены понятий, начиная с названия документа, и далее в каждом пункте, следует напрочь отвергнуть данный документ, как несоответствующий по смыслу святоотеческому церковному Преданию. Более подробное рассмотрение было бы на руку казуистически настроенным служителям дьявола, которые только и ждут, чтобы превратить эту, в общем-то, простую тему в бесконечное пустое словопрение.

Однако, следует особо отметить пункты 22-23 данного документа.

Пункт 22 упоминает, что «любые попытки разделить единство Церкви, предпринимаемые отдельными лицами и группами под предлогом якобы охранения или защиты истинного Православия, подлежат осуждению». Заметим, что, несмотря на малую силу, эти движения по охранению истинного Православия «сильные мира сего» не смогли обойти молчанием в официальном документе, хотя так им было бы выгоднее со всех сторон. Признание наличия протеста – это косвенное признание его силы и в некоем смысле неоспоримости аргументации, так как сильная идея, согласная Истине, протеста не боится, потому что не отторгает от себя, а привлекает.

Пунктом 23 декларируется, что «он [богословский диалог] всегда должен сопровождаться свидетельством миру делами взаимопонимания и любви, которые отражают «радость неизреченную» Благой Вести (1 Петр. 1, 8), исключая всякую практику прозелитизма или иных вызывающих проявлений межконфессионального антагонизма». То есть, запрет прозелитизма означает только одно: в этих богословских диалогах полагается важным, чтобы Православная Церковь не имела исключительного статуса, а была бы одной из многих так называемых «церквей» – в таком случае, и только в таком, и оправдан запрет на прозелитизм.

В закреплении именно этого обстоятельства, то есть, в лишении Православной Церкви права на исключительность в наименовании «Церковь», в лишении обязанности (!) проповеди Истины Христовой и, в конечном итоге, в лишении обязанности приведения по возможности всех людей ко Христу, и состоит истинная цель данного документа. По сути, первое лишает Церковь наименования «Единая», второе лишает наименования «Святая», третье – лишает наименования «Соборная»… неужели в таком случае Церковь останется Апостольской?

Христос повелел апостолам, и через них всей Церкви, проповедовать Слово Божие, «проповедуй слово, настой благовремение и безвременне, обличи, запрети, умоли со всяким долготерпением и учением» (2 Тим. 4, 2), изгоняя всякую ложь и заблуждение. Князь мира сего препятствует Церкви, требует поклониться себе, и в первую очередь требует этого поклонения от архипастырей и пастырей, так как именно таким образом удобнее всего обольстить их паству. Но Бог бесконечно сильнее диавола и его слуг, вместе взятых, поэтому от нас требуется только отвергнуть малодушие и возлюбить Истину Христову, и да подаст всем нам Господь наш Иисус Христос быть верными Ему, дабы не постыдиться пред лицем Его в день Суда.

СКВОЗЬ ПАУТИНУ ЛЖИ. Диакон Евгений Моргун.

Предлагаемая работа представляет собой размышление о современных судьбах Русской Православной Церкви Московского Патриархата в ракурсе церковно-канонических нарушений, производимых, к сожалению, уже в течение многих лет и закрепленных на соборном уровне.

Также, кратко рассмотрен целый комплекс вопросов, касающихся богословской полемики вокруг вероучительных определений, а также вопросов, касающихся современного состояния общества, поставленного перед фактом стремительной глобализации.

Данная работа, по преимуществу, адресована иерархам, клирикам и учащимся духовных школ, чтобы дать по возможности полное и целостное представление о том, какие вопросы церковно-канонической практики требуют безотлагательного разрешения в настоящий момент.

Конечно, в одной работе невозможно охватить все темы, но автор надеется, что материал, представленный во множестве ссылок, даст более полное представление о сложившейся критической ситуации. В ссылках представлено также некоторое количество авторских работ, которые были написаны по заявленным темам.

Автор также адресует эту работу всем верным рабам Божиим, искренне и без предубеждений желающим разобраться в важнейших и сложнейших вопросах современности в духе соборности и верности канонической практике Единой Святой Соборной и Апостольской Церкви, ищущим спасения себе и своим близким в духе любви о Христе Иисусе Господе нашем, и готовым действовать в надежде вечного воздаяния.

________________________________________________________________________________________________________________________________

Учитывая неутихающую полемику вокруг предстоящего Всеправославного Собора, следует заострить внимание на некоторых «мелочах», в которых, по известной поговорке, и скрывается дьявол. Рассмотрим тему использования различных терминов в современном официальном церковном делопроизводстве и дипломатическом этикете.

На примерах покажем, что вошедшая уже в традицию свобода обращения с церковными терминами, предусматривающими ясность и точность формулировок, неприемлема с точки зрения святоотеческого Предания, – коль уж зашла речь о таких серьёзных событиях, как Всеправославный Собор.

Традиционна уже, к сожалению, следующая картина: очередной официальный церковный документ или заявление написаны таким «особенным» образом, что в чреде смыслов и подтекстов каждый читающий может найти материал, подтверждающий иной раз совершенно противоположные мысли. Есть все основания предполагать, что грядущий Собор также будет разыгран по известному сценарию: заранее подготовленные двусмысленные документы на самом Соборе будут быстро подписаны и представлены общественности, а реальные намерения будут спрятаны в этих смысловых натяжках, на которых официальные комментаторы попросту не будут обращать внимание.

В первую очередь, следует выразить решительный протест против дальнейшего употребления как в церковных документах, так и в документах и высказываниях, одобряемых церковным руководством, неких двусмысленных словесных конструкций (наподобие «Церкви-сёстры», «повреждение благодатной жизни», «неполное общение», «нравственные ценности», «многополярный мир»), которые точно не определены по смыслу, не использовались святыми отцами в древности, а являются новоизобретёнными в угоду времени.

В то же время, слова, связанные с вероучением – такие, как «Церковь», «святой», «благодать», даже слово «Бог», «Всевышний», – получают разнообразные сомнительные смыслы в зависимости от ситуации. В итоге, официальные церковные документы, построенные на такой лексике, а также различные одобренные церковными властями документы, протоколы встреч, проповеди, в том числе поздравления и приветствия в адрес различных «религиозных лидеров», в изобилии представленные на страницах «Журнала Московской Патриархии» и других церковных изданий, несут на себе печать лукавой двусмысленности.

В них используются всем известные слова с иной, подчас противоположной смысловой нагрузкой, что ведёт к многообразию толкований смысла официальных документов и деклараций, принципиально неприемлющих такой подход. В данном случае, хотя Символ Веры и не изменяется словесно, однако его реализация в современной церковной действительности – по смыслу и по практике [1], – резко расходится со святоотеческим Преданием Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви.

Обрядовая сторона церковной жизни, заимствованная по наследству от церковного Предания, при этом остаётся без жизненно важного содержания, также оговоренного в святоотеческом Предании. В целом, такая ситуация характерна для современной эпохи постмодерна, для характеристики которой можно привести слова о Лаодикийской Церкви из Книги Откровения: «Знаю твои дела; ты ни холоден, ни горяч; о, если бы ты был холоден или горяч! Но как ты тёпл, а не горяч и не холоден, то извергну тебя из уст Моих» (Откр. 3, 15-16).

Избегая предвзятостей, отметим, что по данной теме мы выражаем стремление не уклоняться в грех осуждения священноначалия, – неаргументированное осуждение в духе вражды может отторгнуть людей от Христа и Его Церкви вообще, если там «всё плохо». Нужно чётко осознать, что в истории Церкви немало примеров отступления, и прежде всего священноначалия, – наше время лишь усугубило и ускорило тот процесс апостасии, который уже не одно тысячелетие направляем отцом лжи и его слугами, изобретающими всё более изощренные способы для реализации «тайны беззакония» (2 Сол. 2, 7).

Приведем пример такой двусмысленной лексики на основе высказывания председателя Отдела внешних церковных связей (ОВЦС) Московского Патриархата митрополита Илариона (Алфеева) о грядущем Соборе: «С начала 60-х годов ведется подготовка к Всеправославному Собору; он не будет Восьмым Вселенским Собором, потому что в древних Вселенских Соборах участвовала и Восточная Церковь, и Западная Церковь;сейчас Западная Церковь проводит свои Соборы, а Православная Восточная Церковь – свои; поэтому мы не называем грядущий Собор «Восьмым Вселенским», а называем его просто Всеправославным; в отличие от Вселенских Соборов, на которых всегда решался какой-либо догматический вопрос и осуждалась та или иная ересь, грядущий Всеправославный Собор не будет принимать никаких догматических решений – на нем предполагается поднять вопросы, связанные с современным бытием Православной Церкви; более того, этот Собор вообще не будет решать вопросы: он лишь провозгласит то, что будет решено Поместными Православными Церквами заранее, на этапе подготовки к нему».[3]

В процитированном выше высказывании митрополита Илариона термин «Церковь-сестра» по отношению к римокатоликам в явном виде не присутствует, однако он подразумевается по смыслу употребления выражения «Западная Церковь» в контексте выражения «Восточная Церковь».

http://www.aparatorul.md/obzor-sovremennyh-bogoslovskih-problem/

P.S. Митрополит Иларион (Алфеев) — урождённый Григорий Дашевский, внук известного советского еврейского композитора. Выпускник Оксфордского и Парижского Свято-Тихоновского богословского университета. Монашеский постриг принимал в Вильнюсе в 1987 году (тогда — ещё в Литовской ССР).

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий