Украинское православие окончательного откололось от Московского патриархата или еще не совсем?

Украинское православие окончательного откололось от Московского патриархата или еще не совсем?

Подписывайтесь на наш канал "Нарполит" и не упустите свежие политические тренды!

Раскритикованные СМИ как «раскольнические» решения Собора УПЦ могут быть попыткой митрополита Онуфрия выиграть время, чтобы уберечь лояльную России Церковь от атак раскольников и националистов

27 мая в Киеве состоялся Собор Украинской православной церкви (УПЦ), возглавляемой митрополитом Онуфрием (Березовским). До сих пор эта институция считалась автономной, но в то же время неотъемлемой частью Московского патриархата, из-за чего подвергалась постоянным гонениям и прессингу со стороны киевских властей, несмотря на осуждение ее иерархами спецоперации ВС РФ на Украине. Решения Собора УПЦ, в первую очередь о внесении изменений и дополнений в Устав, «свидетельствующие о полной самостоятельности и независимости», были интерпретированы большинством российских СМИ, как ее отделение от Русской православной церкви и новый раскол в мировом православии. В пользу этой версии говорит и тот факт, что 29 мая на литургии в Киево-Печерской Лавре митрополит Онуфрий помянул Патриарха Кирилла лишь третьим без употребления к нему до сих пор обязательной формулы «великого господина и отца нашего», как это делают предстоятели независимых (автокефальных) церквей. Однако есть ряд нюансов, позволяющих предположить, что действия главы УПЦ, наоборот, направлены на сохранение единства с РПЦ и являются попыткой предотвратить установление контроля над украинским православием со стороны «Вселенского патриарха» Варфоломея и его марионеточной раскольнической «Православной церкви Украины» (ПЦУ).

Решения Собора УПЦ, как и литургический «демарш» митрополита Онуфрия, с точки зрения сохранения единства в мировом православии, выглядят как минимум тревожно. Это не только внесение изменений в церковный Устав, но и выражение Собором несогласия с позицией Патриарха Кирилла по поводу спецоперации на Украине, и «размышления о возобновлении мироварения» в УПЦ, что считается атрибутом церковной независимости – афтокефалии, и санкция на открытие своих приходов за рубежом, чего ранее Церковь не делала.

В связи с этим многие патриотические СМИ и некоторые священники РПЦ поспешили обвинить руководство УПЦ в расколе – самом страшном преступлении в мире православия. Но давайте не будем спешить, а попробуем разобраться.

Сегодня УПЦ и ее глава подвергаются чудовищному давлению со стороны киевских властей, украинских спецслужб и «конкурентов» из раскольнической ПЦУ, которая ищет любой повод для ликвидации «российской Церкви на Украине».

С 22 марта в Верховной Раде находится на рассмотрении законопроект о полном запрете деятельности Московского патриархата, т.е. УПЦ, с конфискацией всей ее собственности, включая Киево-Печерскую, Почаевскую, Святогорскую лавры, Свято-Пантелеймоновский монастырь, где расположена резиденция митрополита, и тысячи церквей.

А на прошлой неделе, перед открытием Собора УПЦ, раскольники из ПЦУ ходатайствовали перед своим «боссом» Константинопольским и Вселенским патриархом Варфоломеем о низложении Патриарха Кирилла за «распространение еретического этнофилетического учения на основе идеологии «Русского мира». Присоединиться к религиозным «санкциям» против РПЦ раскольники призвали и глав остальных поместных церквей. Если это произойдет, под них автоматически попадала бы и УПЦ, «управляемая из Москвы».

Иными словами, перед Онуфрием с начала спецоперации стоял выбор между ликвидацией Церкви в пользу раскольников, которые стали бы единственной хоть кем-то признанной православной институцией Незалежной (после образования ПЦУ Киевский патриархат «митрополита» Денисенко считается раскольническим всеми), и попыткой этого избежать в условиях, когда многие его соратники встали на позиции оголтелого свидомизма.

Митрополит выбрал второй, пойдя по пути Святителя Николая Японского, в годы русско-японской войны призвавшего православных священников Страны восходящего солнца возносить молитвы за воинство микадо.

Выступая на Соборе 27 мая, глава УПЦ подчеркнул, что с начала конфликта ее духовенство выступило с осуждением спецоперации, поддержав «законную мирскую власть»:

«Церковь приобщилась не только к защите Родины, но и всесторонней помощи украинским военнослужащим, больницам, мирным жителям, беженцам и всем нуждающимся».

В то же время Онуфрий отметил, что в этом противостоянии украинцев натравливают друг на друга, не уточнив, кто именно это делает. Одновременно он скрупулезно перечислил все случаи притеснений и гонений УПЦ со стороны власти, националистов и раскольников.

В отношении ПЦУ иерарх выступил как бы с «примирительным жестом», предложив начать диалог. Однако, по его мнению, переговоры возможны при обязательном выполнении ряда условий, в т.ч. прекращения захвата храмов и признания того факта, что ПЦУ не является автокефальной, на что раскольники пойти не могут.

При этом, на литургии 29 мая Онуфрий Кирилла все-таки помянул, а вот «крышевателя» раскольников Варфоломея, как и признавших ПЦУ патриархов Элладской, Кипрской и Александрийской церквей – нет.

Теперь кратко пройдемся по пунктам решений Собора, вызвавшим ажиотаж.

  1. «Чистка» Устава, якобы превращающая УПЦ в незалежную Церковь, лишь констатация ее независимого и самоуправляемого статуса, закрепленного в решении Патриарха Алексия II 1990 года. Исключение упоминаний о связях УПЦ с Московским патриархатом можно трактовать как защиту от претензий раскольников. Позже их можно будет вернуть.
  2. Несогласие со спецопераций УПЦ выражала неоднократно на протяжении трех месяцев, и ничего принципиально нового тут нет.
  3. Решение об открытии приходов УПЦ в Европе можно представить, как попытку перехватить инициативу у ПЦУ.
  4. По поводу мироварения были лишь «рассуждения», но о конкретном решении ничего не говорилось.

Более того, сделана важная оговорка, что во время спецоперации, когда связи между епархиями и центром осложнены или отсутствуют, Собор предоставляет местным архиереям право самостоятельно принимать решения по вопросам, относящимся к компетенции Священного Синода или Предстоятеля УПЦ. Что это как не карт-бланш для региональных церковных руководителей?

Рискнем предположить, что весь смысл Собора УПЦ и последних действий митрополита Онуфрия состоит в том, чтобы выиграть время, отразив атаки националистов и раскольников, сделав вид, что Церковь как бы вышла из-под влияния Московского патриархата.

Конечно, мы можем ошибаться, выдавая желаемое за действительное. Но тем, кто сегодня в порыве турбо-патриотизма готов спустить на главу УПЦ всех собак, обвиняя в «расколе» и «предательстве», предлагаем представить себя на его месте. Сидя на диване с пивасом, легко и просто давать советы, как должен поступить предстоятель УПЦ, куда бить «калибрами», как взять Харьков, Киев, Львов, Варшаву и Берлин. А то как были мы Страной Советов, так и остались: все всё знают в теории, а как дело доходит до практики, пусть этим занимаются те, кому за это деньги платят…

.

Украинское православие окончательного откололось от Московского патриархата или еще не совсем?

Поделиться ссылкой:

Оставить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.